Кейс: Свобода слова в интернете в Индии

«При должном сотрудничестве вклад от десяти мозгов почти всегда превышает вклад одного». Каруна Нунди (Karuna Nundy)

Общая информация

Одно из самых заметных дел о цифровых правах в Индии — Сингхал против Индийского союза — аннулировало раздел 66A закона «Об информационных технологиях» от 2000 года. Дело, решение по которому было принято Верховным судом Индии, привело к отмене положений парламентского статута, позволявшего правоохранительным органам арестовывать и штрафовать пользователей, публикующих оскорбительные высказывания онлайн. Суд также переоценил положения об удалении контента провайдерами по запросу правоохранительных органов, но оставил в силе право правительства блокировать сайты через интернет-провайдеров при указании причин блокировки.

Карточка дела

Название: Сингхал против Индийского союз

Суд: Верховный суд Индии

Дата решения: 24 марта 2015 года

Номер дела: Writ Petition No. 167 of 2012

Решение: https://bit.ly/2XhaD6o

Проблема: Регуляция контента социальных сетей

Основные участники

Чинмаи Арун (Chinmayi Arun) | Исполнительный директор Центра управления коммуникациями Национального юридического университета, Дели

Раман Чима (Raman Chima) | Директор по политическим вопросам в Азии, Access Now

Апар Гупта (Apar Gupta) | Адвокат

Каруна Нунди (Karuna Nundy) | Адвокат, Верховный суд Индии

Сарвджит Сингх (Sarvjeet Singh) | Менеджер программ Центра управления коммуникациями Национального юридического университета, Дели

Факты

Дело началось с поста девушки в Facebook. После остановки работы общественного транспорта в городе Мумбаи из-за подготовки к похоронам правого политического лидера, девушка опубликовала в Facebook заявление с критикой решения города. В ответ на жалобу согласно разделу 66A закона «Об информационных технологиях» от 2000 года полиция Мумбаи арестовала девушку и её подругу, поставившую «лайк» этому посту в Facebook.

Аресты привлекли внимание 21-летней Шреи Сингхал (Shreya Singhal), изучавшей право и посчитавшей, что закон нарушает гарантированное Конституцией Индии право на свободу слова. Обратившись в индийский апелляционный суд, любой человек может инициировать судебный процесс в интересах общественности. Поэтому Сингхал (Singhal) подала в Верховный суд Индии прошение об отмене раздела 66A закона об «Информационных технологиях». Данный раздел признавал уголовным преступлением отправку другому человеку «раздражающих» сообщений. По мнению Сингхал (Singhal), формулировки положения были размыты и, соответственно, использовались недолжным образом для цензуры законных высказываний. Прописанные в законе требования против раздражающих высказываний, серьёзных оскорблений или угроз были размыты и применялись слишком широко.

Юристы Народного союза за гражданские свободы (People’s Union for Civil Liberties, PUCL), старейшей и крупнейшей организации по защите гражданских свобод и прав человека в Индии, уже работали над исчерпывающим прошением не только против раздела 66A, но и против правил об ответственности поставщиков услуг и блокировке сайтов. Так как Сингхал (Singhal) первой решила обратиться в суд, юристы присоединились к ее аргументации и подали своё прошение. Другие также начали подавать иски об антиконституционности других законов, включая раздел 118d закона «О полиции» штата Керала, который схожим образом использовался правоохранительными органами для арестов за «раздражающие» или «непристойные» высказывания в интернете. Общественная поддержка росла, и многие внимательно следили за судопроизводством.

Результат

Три года спустя Верховный суд подтвердил ценность свободы слова и самовыражения, согласившись с истцами и признав, что раздел 66A не делал различий «между обычным обсуждением или защитой определённой точки зрения, что может раздражать,  оскорблять или причинять неудобство, и подстрекательством, имеющим неизбежную причинно-следственную связь с общественными беспорядками и представляющим угрозу безопасности государства». Раздел 66A, по мнению суда, также был слишком размыт и поэтому мог применяться как скрытая форма цензуры, таким образом негативно влияя на возможность выражения инакомыслия. По тем же причинам суд аннулировал раздел 118d закона «О полиции» штата Керала.

Вместе с разделом 66A закона «Об информационных технологиях» суд рассмотрел разделы 69A и 79. По мнению суда, раздел 69A, позволяющий правительству блокировать сайты и удалять контент, соответствует Конституции благодаря конкретным формулировкам. Суд также признал конституционным раздел 79, позволяющий правительству призывать к ответственности сами площадки при условии, что им действительно было известно о нарушении. Однако суд прояснил слова «действительно известно» и потребовал для удаления какого-либо контента наличие постановления суда. В целом решение было сочтено триумфом правовой практики за свободу слова, работы адвокатов и активизма.

Сотрудничество

Дело привлекло значительный интерес: на заседаниях суда выступало около семи адвокатов, ещё 15 юристов оказывали активную поддержку. Свою помощь предложили многочисленные исследовательские организации, и учёные часто общались с юристами, помогая составлять прошения и готовиться к прениям. В одной новостной статье указывалось, что в целом свой вклад в прошения, слушания и аргументацию на суде внесло более 90 адвокатов. Хотя работа над прошениями была структурирована вертикально, культура общения намного больше способствовала сотрудничеству, чем обычно. Общая кампания за пределами здания суда велась без центрального игрока, выстраивающего стратегию. Различные лица, в том числе множество юристов, согласились, что многочисленные источники неформального сотрудничества среди академиков, экспертов по технологиям, журналистов и правозащитных организаций сыграли ключевую роль в итоговом решении суда об отмене закона.

Аресты также способствовали освещению дела в СМИ, включая неделю репортажей в прайм-тайм на национальном телевидении. Различные группы уже начинали обсуждать потенциальные аргументы, которые можно представить суду. Прошение Сингхал (Singhal) мобилизовало юристов, исследователей и журналистов — они начали составлять собственные прошения. Адвокат Апар Гупта (Apar Gupta), помогавший Народному союза за гражданские свободы подать прошение, говорит, что многие чувствовали, что для страны это дело станет переломным моментом в развитии базовых и гражданских прав в интернете.

За прошением Сингхал (Singhal) последовали документы от таких организаций, как Народный союз за гражданские свободы, Ассоциация интернета и мобильной связи Индии и НПО Common Cause («Общее дело»), а также сайта с отзывами потребителей MouthShut.com. Хотя в прошении Сингхал (Singhal) и последующих исках оспаривались и другие положения, дело вскоре получило в стране известность именно как «дело раздела 66A», так как он упоминался в девяти прошениях из десяти.

Сотрудничество среди десятков адвокатов было слабым. Над стратегией и черновыми аргументами каждого прошения работала своя команда, центральной организации, координировавшей бы стороны, не было, а некоторые истцы решили работать независимо. Иногда это приводило к трениям между конкурирующими адвокатами, стремящимися подать документы в суд раньше других, а также во время слушаний, когда судьи прерывали выступления юристов, повторявших аргументы, озвученные ранее. Другие, однако, начали неформальные переговоры с исследователями и экспертами по технологиям, чтобы усилить аргументацию и повысить интерес к делу. Известный адвокат Верховного суда и юрист Народного союза за гражданские свободы Каруна Нунди (Karuna Nundy) вспоминает, как созванивалась с юристами, исследователями и техническими специалистами из Центра интернета и общества в Бангалоре (Centre for Internet & Society in Bangalore, CIS) и Центра управления коммуникациями Национального юридического университета Дели (Centre for Communications Governance at National Law University of Delhi, CCG). Как и многие адвокаты, Нунди (Nundy) обладала большим опытом в подаче исков, но хуже разбиралась в вопросах ответственности площадок или в механизмах блокировки сайтов, для чего требовалось понимание интернет-технологий.

«Я поняла, что должна очень быстро расширить границы своих знаний, — говорит Нунди (Nundy). — Они были моим ресурсом, моим комитетом, если у меня были вопросы или проблемы с формулировками. Эта крутая кривая обучаемости, способствовавшая с 2011 года выстраиванию аргументации по делу, была бесценной. Теперь законодательство в области технологий является важной и обычной частью моей практики».

После нескольких месяцев исследований, составления текстов и редактуры, в течение которых Нунди (Nundy) распространяла черновики среди своих знакомых исследователей и активистов, Союз за гражданские свободы подал прошение в Верховный суд. «Сотрудничество такого рода не часто случается в делах Верховного суда», — говорит Нунди (Nundy), подчёркивая, что привлечение различных мнений и технологической экспертизы для выявления аргументов сыграло ключевую роль. Она отмечает, что речь идет не только о взгляде на ситуацию со стороны информационных технологий и свободы слова, но также и с точки зрения женских групп, борцов с кастовой системой и организаций по защите детских прав, которые в первую очередь сталкиваются с оскорблениями в интернете.

Вне зала суда другие эксперты поддержали некоторых адвокатов по делу и сыграли важную роль в активной организации стратегических встреч между заинтересованными сторонами из различных дисциплинарных областей. Раман Джит Сингх Чима (Raman Jit Singh Chima), работавший на момент начала дела политическим советником и менеджером по связям с правительством в Google, а позже — директором по политическим вопросам в Азии в Access Now, помог адвокатам, занимавшимся построением итоговых аргументов дела. Он собрал профессионалов из сферы IT, госслужащих и адвокатов для совместного обсуждения юридических вопросов, и понял, что опубликованные статьи могут укрепить некоторые аргументы адвокатов.

В то же время консультантами адвокатов по делу выступили такие крупные исследовательские учреждения, как Центр интернета и общества (CIS) и Центр управления коммуникациями (CCG). Юридические аргументы в прошениях поддерживались некоторыми академическими статьями и исследованиями, проведёнными этими организациями. Исследовательские учреждения также обладали возможностями использовать другие каналы: Центр интернета и общества (CIS) был одним их первых активных игроков в поле и уже опубликовал подробные статьи о законе «Об информационных технологиях», взаимодействовал с правительством и сводил для обсуждения вопросы различных игроков. Центр управления коммуникациями (CCG) тогда занимался исследованием ответственности площадок. Во время слушаний он представил отчёт Верховному суду. Менеджер программ Центра Сарвджит Сингх (Sarvjeet Singh) присутствовал на всех судебных слушаниях и играл роль прямого канала передачи информации и связи между адвокатами и учреждениями. Исполнительный директор Центра Чинмаи Арун (Chinmayi Arun) вспоминает, как её исследователи получали от адвокатов вопросы юридического характера, которые им посредством SMS-сообщений отправлял Сингх (Singh) прямо из зала суда. Присутствующие на слушаниях фиксировали аргументы, и заметки распространялись среди юристов, являя собой справку и архив заседаний суда.

Эти организации сыграли ключевую роль, поскольку, несмотря на сравнительную молодость академических кругов в сфере юриспруденции в Индии, исследовательские учреждения обладали достаточной силой и ресурсами для поддержи адвокатов. Чтобы информировать общественность, адвокаты вели в Twitter текстовые трансляции со слушаний и при выходе из зала суда записывали голосовые сводки. Некоторые истцы периодически проводили пресс-конференции и сообщали крупным новостным организациям о новых обстоятельствах дела.

Извлеченные уроки

Во многом движение выиграло благодаря удачному стечению обстоятельств. Хотя первоначально коллегия из двух судей не была знакома с такими социальными сетями, как   Facebook, вторая сформированная после ротации коллегия понимала потенциал злоупотребления законом, криминализирующим оскорбительные высказывания в интернете. Судья Р.Ф. Нариман (R.F. Nariman), бывший ранее генеральным солиситором Индии, обладал цифровой грамотностью, с легкостью разбирался в материалах дела и подготовил итоговое решение. Юридическая система Индии уникальна тем, что позволяет независимо подавать многочисленные прошения по одному вопросу. В одном зале суда собралось так много адвокатов, что стороны естественным образом сформировали каналы обмена информацией и ресурсами. Полагается, что освещение в СМИ ареста двух девушек также способствовало расположению общественности и привело к появлению симпатизирующих истцов. Сама Шрея Сингхал (Shreya Singhal) родилась в семье видных юристов с хорошими связями. А индийское сообщество защитников цифровых прав было знакомо с аргументами против законодательства об интернет-цензуре благодаря регулярному потоку информации от организаций.

Многие сходятся во мнении, что главным препятствием в деле был недостаток доверия. Многие дела в Индии отражают структуру поощрений, способствующую конкуренции между адвокатами и индивидуализму в работе. В деле Сингхал стороны сотрудничали куда больше, чем обычно, но из-за популярности дела многие спешили с подачей прошений. Другие адвокаты избегали сотрудничества, чтобы добиться общественного признания собственного вклада. Отдельные просители и юристы иногда связывались с прессой ради публичности, не добавлявшей ценности прошениям. Эти проблемы не были особенностью дела Сингхал и наносят вред большинству судебных процессов в Индии. Поэтому нежелание игроков сотрудничать породило те же проблемы.

Что касается стратегий по составлению заявлений для суда, такие технологические вопросы, как публикация высказываний в социальных сетях, были довольно просты и, следовательно, достаточно понятны для судей. С другой стороны, было сложнее понять нюансы надлежащего правоприменения в области ответственности площадок за высказывания в интернете. Эти проблемы породили разногласия адвокатов о том, является ли привлечение судей в обсуждение данных вопросов менее благоприятным для положительного исхода дела. Так как каждый адвокат не мог помешать другим сторонам включить те же аргументы в свои заявления, многие подали их без адекватной подготовки или обсуждения с другими.

В результате аргументы, которые не были подробно рассмотрены с разных сторон, не пользовались коалиционной поддержкой или требовали дополнительных исследований и были заметно менее эффективны. Адвокаты, будучи недостаточно готовыми к защите этих аргументов в суде, не только капитулировали перед вопросами судей, но и не дали другим адвокатам обратиться к тем же вопросам.

Ещё один набор особых препятствий к сотрудничеству был связан с существовавшей гендерной динамикой. Большинство команд, участвовавших в деле, в основном состояли из мужчин. Нунди (Nundy)— единственная женщина среди ведущих адвокатов, выступавших по делу, — решила использовать возможности сотрудничества в работе над документами, приобщёнными к делу от лица её клиента, и включила в процесс игроков в области правоприменения за пределами здания суда. Она верила, что важно дать этим игрокам право голоса, особенно учитывая влияние проходящих в Верховном суде слушаний на трансформацию политики и законов.

Однако некоторые из мужчин из сферы политики по вопросам технологий и права приняли консультационный подход за признак слабости и приглашение к доминированию. «Учитывая стремление показать силу и менсплейнинг, для сохранения рабочей культуры партнёрства и иерархичности в принятии решений — чему я была и остаюсь привержена — требовалась дополнительная энергия», — объясняет Нунди (Nundy). «Поразительно, что мне пытались объяснить юридические концепты, в том числе по вопросам, в которых я сама выигрывала дела за свои 15 лет практики», — продолжает она. Арун (Arun) говорит: «Мужчинам, которые не привыкли работать с женщинами на равных, стоило бы научиться видеть, слышать и ценить женщин в качестве экспертов и профессионалов. Больше ресурсов и экспертизы означает только одно: лучший результат».

Нунди (Nundy) подчёркивает важность признания усилий женщин в партнёрских отношениях и продолжает активно включать женщин в свою работу: в зале суда и за его пределами. Арун (Arun) также осуществляет это на практике, подчёркивая важность всеобъемлющего сотрудничества: «Я всегда считала эмпатию краеугольным камнем сотрудничества. В Центре управления коммуникациями мы любим начинать с вопроса о том, что мы можем дать, а не что мы можем взять. Я бы сказала, что наши самые давние партнёры — это люди, которые любят делать то же самое. Сотрудничество даёт так много, если вступать в него, желая учиться, исправлять собственные недочёты и меняться».

В итоге группы, преодолевшие эти препятствия, создали долгосрочные отношения, которые позже оказались полезными в других кампаниях. Итоговое решение об отмене раздела 66A отчасти стало возможным благодаря активному стремлению различных игроков к сотрудничеству. Обмен информацией и регулярные встречи помогли разработать базисную стратегию планирования прошений, поддержки аргументов в суде, распространения информации и поддержания отношений для будущих кампаний. В конечном счёте дело Сингхал помогло показать, что события в зале суда — лишь часть процесса, цель которого будет с большей вероятностью достигнута при гармонизации всех усилий.

Соответствующие катализаторы

Оглавление